В начале января в канцелярии мэра Кармиэля появилось новое полотно — «Кармиэль 1964». Его городу подарил архитектор и художник Владимир Биндеман. Картина сразу заняла почётное место: в ней есть редкая для сегодняшнего ритма тихая «ностальгия» — город еще совсем молодой, первый район среди холмов, субботняя прогулка, соседи, которые знают друг друга в лицо. Рядом с работой разместили табличку: автор передал картину в знак признательности за теплый прием и помощь в адаптации в новом городе. В ответ муниципалитет пригласил автора на еженедельное совещание руководителей и вручил ему грамоту благодарности.
Владимир Биндеман репатриировался в Израиль из России: по профессии он архитектор, много лет работал в сфере проектирования и руководил архитектурными проектами, а уже в Кармиэле всё больше развивает вторую свою «биографию» — живопись. История с подаренной картиной стала для него способом сказать спасибо городу не словами, а образом — через память о его первых шагах.
Сам художник подчеркивает: он стремился не к музейной «дотошности», а к живому ощущению времени — чтобы зритель поверил в этот день так же легко, как верит собственным воспоминаниям.
— Меясдим был маленьким первым районом среди холмов, — говорит Владимир. — Это хорошо видно на общих фото тех лет. Мишъоль а-Ракафот, пешеходная улица вписывалась в градостроительный тренд 60-х. Именно тогда такие променады стали появляться во многих европейских городах. Я представил себе субботний день в то время. Люди выходили гулять, общаться. Все были соседями, все были знакомы. Изменять ничего не пришлось, только добавлять людей.
На холсте действительно много «жизни» — дети, семьи, музыкант с гитарой, пожилые на скамейке, молодая пара с книгами, длинный дом и холмы на горизонте. Кажется, будто каждый персонаж пришёл из семейного альбома. Но у этой многолюдной сцены есть вполне конкретный источник: отправная точка — архивная фотография, а вокруг неё художник собрал атмосферу улиц Израиля 60-х.
— Я писал по архивному фото. На нем 2 беседующие женщины, одна из них в клетчатом костюме. Остальные персонажи взяты из Интернета по поиску: «улицы израильских городов в 60-е».
Биндеман — архитектор по образованию, и в картине это чувствуется: в композиции, перспективе, чистоте линий. Он говорит, что оставил на полотне «подсказку», заметную внимательному зрителю: важные для города формы и здания, которые за десятилетия изменились до неузнаваемости, а здесь показаны в первозданном, модернистском виде.
— Подсказка есть, но необязательно быть профессионалом чтобы ее заметить. Это модернистская синагога и дом «ракевет». Сейчас он изменился: обветшал, застеклился, обвис проводами и «мазганами», постарел. Прежде чем писать кистью, я прочертил его в перспективе карандашом и фломастером. Это было очень интересно. Я как бы заново спроектировал его в первоначальном чистом модернистском стиле, как он был задуман архитекторами.
В Кармиэле, к слову, всё больше людей начинают смотреть на город именно так — через архитектуру и историю улиц. В городе регулярно проходят архитектурно-исторические прогулки: их организует содружество Art Picnic, а проводит архитектор Зеэв Гольдберг. Такие экскурсии — это живая прогулка по кварталам, где участникам показывают, как формировалась городская среда и где в привычных местах прячутся следы первых десятилетий Кармиэля. Картина Биндемана неожиданно попадает в этот же разговор: она не только про прошлое, но и про способность замечать город и считывать его характер.
Табличка под полотном говорит о благодарности за адаптацию, и сам художник отвечает на этот вопрос очень конкретно: что получилось легко, а что — пока остается незавершенной частью новой жизни.
— Легким оказалась административная адаптация и помощь по организационным и бытовым вопросам — быстрая и полезная. Спасибо за это отделу репатриации. Сложной для меня оказалась профессиональная адаптация, которая по ряду объективных и моих личных причин пока не состоялась. Архитектором-практиком я не работаю. Зато развиваюсь во второй своей ипостаси — живописи.
История с картиной «Кармиэль 1964» — как раз про эту «вторую ипостась», которая становится для города заметным событием. Подарок, оказавшийся в канцелярии мэра, и грамота благодарности — это не просто формальный жест. Скорее, редкий случай, когда личная история нового репатрианта соединяется с историей Кармиэля и остается в самом видном месте — там, где ежедневно принимаются решения о настоящем и будущем города.
