Бережно храним…

Подпишитесь на нас в

Андартами в Израиле называют памятники в честь погибших. В Кармиэле таких мест около сорока. Порой, встречая непонятную скульптуру, мы не задумываемся о том, в честь кого она здесь появилась и какому событию посвящена. А за каждым памятником стоят человеческие судьбы и трагические истории.

В августе 2001 Цвика вместе с невестой зашел в ресторан, чтобы наскоро перекусить – они готовились ехать к родителям, чтобы вместе выбрать день свадьбы. Взрыв бомбы террориста  оборвал жизнь Цвики и еще 77 человек. Служба в инженерных войсках ЦАХАЛа, с отличием законченный Иерусалимский университет, любовь, мечты о семье, карьере – все вмиг оказалось в прошлом.

Сарит Голомбек – мать Цвики – и сейчас едва сдерживает слезы, когда рассказывает о нем и показывает фотографию красивого улыбающегося парня. Отец друга придумал в память о нем андарту, глядя на которую невольно понимаешь, как хрупка человеческая жизнь: неустойчивый куб с голубем на верхней точке покоится на прямоугольном постаменте, на сторонах которого изображен незакрытый  круг жизни.

Местные мальчишки любят бегать в парк Алон, чтобы посмотреть на самолет и пушку. Они настоящие, снятые с вооружения армии, и рассказывают о подвиге кармиэльцев, которые ушли служить и не вернулись домой.

Немало памятных мест и в других парках, а также на кикарах, в уголках города, где живут родители безвременно ушедших воинов.  Любуясь изображением каланита – символа Кармиэля,  немногие из нас знают, что он поставлен не красоты ради, а в память об Игоре Эленбогене, который погиб тоже в августе 2005 года. Он подавал большие надежды, был жизнерадостным и целеустремленным, старался во всем помогать родителям-репатриантам, был волонтером скорой помощи, гражданской обороны. И когда пошел служить, и в армии оказался незаменимым, стал офицером ЦАХАЛа. В свои неполные 28 лет Игорь сделал больше, чем некоторые за долгую жизнь.

Памятник «Вечность» в парке имени Венгера придуман и  выполнен  местным скульптором Давидом Кеслиным и посвящен воину-офицеру Давиду Коэну. Впрочем, для его отца Ицика – руководителя центра «Яд ле-Баним» –  он навсегда останется Дуду…

В день своей гибели у капитана Коэна был выходной, но, узнав о перестрелке, он поехал на позицию, чтобы быть вместе с товарищами. Под огнем противника он пытался вынести раненого солдата. Пуля в голову остановила офицера. Посмертно ему было присвоено звание майора.

Из окна своего дома Ицик Коэн всегда видит андарту в честь своего сына — два черных стальных листа с изображением эмблемы дивизии «Нахаль», где служил Дуду. Среди многочисленных заклепок по краю листа зияет одно отверстие – опустевшее место в воинском строю…

Марш памяти еще раз напомнил нам о солдатах, которые так и остались молодыми.  Стартовал он от «Яд ле-Баним» — красивого и печального места, где собраны материалы о всех погибших в мирное время воинах- кармиэльцах, и завершился церемонией у андарты на Несией Исраэль.

В зале памяти «Яд ле-Баним» каждый полдень от лучей солнца, стоящего в зените, вспыхивает символический вечный огонь, бросающий блики света на фотографии и фамилии ребят на стене. В день рождения и гибели каждого из них здесь собираются родители и друзья, чтобы помолчать, посмотреть фотографии, фильмы об этих событиях, вспомнить…

Галина Каширина

Поделиться статьей:

Facebook
WhatsApp
Telegram

Оставить комментарий:

Читайте также: